«Прощайте, они уже на третьем этаже...»

Эту фразу произнесла диктор литовского телевидения, когда десантники ворвались в студию. Мы расскажем лишь о нескольких фактах, предшествующих этому сообщению.


«Прощайте, они уже на третьем этаже...»

Судя по всему, диктатура, если и начнется, то со смены дикторов.

Новые дикторы развеют панику, сообщат, что по просьбам трудящихся бэтээры патрулируют улицы, солдаты проверяют паспорта, сбербанки ставят в них отметку о доходах, а вопрос приостановки Закона о печати лцшь обсуждается...

Возможно, приблизительно так и родится советская разновидность диктатуры — диктатуры без смены власти. Теоретики скорее всего назовут ее «правовой» и обоснуют законом — хоть бы «Уставом гарнизонной н караульной служб». И на нас наступит порядок. Просим учесть — авторы не каркают (чтобы не мешать кукушкам), но события 13 января в Литве репетицией называть не будут — это уже само действие.

Мы постараемся доказать

1) В ночь на 13 января в Литве начался (и пока не закончился) государственный переворот, организованный «группой членов компартии» республики при содействии военных и молчаливом согласия центра.

2) События 13 января на имеют ни какого отношения к сложным национальным проблемам Литвы.

Итак, официальная версия.

«Вечером 12 января 1991 г. представители рабочих коллективов Вильнюса (более 80 человек) попытались обратиться к Верховному Совету республики с петицией, в которой требовали его отставки. Однако саюдисты... стали их избивать и издеваться.

В этой связи Комитет национального спасения Литвы (нет такой зарегистрированной организации. — Прим. авт.) решил обратиться к работникам республиканского радио и телевидения с предложением о прекращении нагнетания психоза в эфире и накаления обстановки. Однако и это обращение принято не было. После того Комитетом национального спасения Литвы было принято решение обратиться к рабочим дружинам г. Вильнюса, чтобы взять под контроль здание Гостелерадио Литовской ССР и телебашню.

Для поддержки и защиты бойцов рабочих дружин от вооруженных боевиков Департамента охраны края (которых в здании телебашни скопилось 1500 человек, вооруженных холодным и огнестрельным оружием, а также горючей смесью) комитет обратился с просьбой об оказании помощи к начальнику Вильнюсского гарнизона. Такая помощь была оказана...

...По одним сведениям, погибло 13 человек, по другим — 10, свыше 130 раненых...».

Из информационного сообщения ЦК Компартии Литвы.

Версия ЦК КПЛ практически совпадает с оценками ТАСС и «Времени», посему их мы приводить не будем. Убедитесь сами, перелистав газеты. Отметим лишь два характерных момента: во-первых, захват гособъектов оправдан неким стихийным возмущением рабочего класса, во-вторых, всей логикой изложения как бы обосновывается и законность присутствия армии и законность анонимного «Комитета национального спасения», взявшего «в свои руки всю власть».

По мнению единственного в мире человека, видевшего в лицо комитетчиков, члена бюро ЦК КПЛ Юозаса Ермалавичюса, народ расколот на рабочий класс, выступающий за целостность Союза ССР, и наивных людей, заведенных экстремистами из парламента в тупик сепаратизма. Именно этот народ и сказал свое решительное слово под руководством КНС. Мы бы по этому поводу тоже не согласились. Да, рабочие крупных вильнюсских предприятий участвовали в митинге у парламента 8 января, когда было объявлено о многократном повышения цен. Заметим, в митинге участвовали и русские, и литовцы, и поляки, требования выдвигались экономические. И парламент отменил свое решение под напором всего народа республики, а не какой-то его части. И после этого массовых выступлений рабочего класса не было. После этого в дело пошел испытанный прием — выступление от имени рабочих. ЦК КПЛ утверждает — за КНС, что последний обратился за помощью к рабочим дружинам. И эти «дружины» прорвались к телебашне, телецентру, именно эти дружины, по утверждению КНС, были избиты при попытке вручить петиции, что и стало поводом для обращения к военным и вовлечению в конфликт танков. Так вот. Костяк дружин, их ударные группы составляли отнюдь не рабочие. По имеющимся у нас данным, и они подтверждены кассетой, переданной нам военным журналистом Игорем Лымарем, 13 января в 10 часов вечера в здании Вильнюсского горкома компартии собрали несколько офицеров местного высшего военного училища. В помощь им были привлечены офицеры запаса.

Руководителем одной из групп прорыва был полковник запаса, работник ЦК КПЛ, назвавшийся Валерием Борисовичем. Мы установили, что боевые дружины поддерживались спецподразделением седьмого управления КГБ СССР по борьбе с терроризмом. Безусловно, «дружинам» оказывали сопротивление сотрудники госдепартамента охраны края Литвы. Против военных, конечно же, эта организация оказалась бессильна. Не стоит в данном случае говорить о боевиках.

Координатором действий боевых дружин выступил ЦК КПЛ. Нам удалось выяснить, что даже автобусы, иа которых «дружинников» подвозили к телецентру и телебашне, заказывались заранее хозяйственной службой ЦК — использовался автотранспорт института политологии (бывшей Высшей партшколы).

Из некоторых источников нам известно и то, что «смены» рабочих дружин на охраняемых ими объектах доставляются на автобусах из военного училища.

Надеемся, вы извините авторов за некоторую «технологичность» и обилие подробностей, но, на наш взгляд, факты предпочтительнее оценок.

К нашему сожалению, мы не можем объяснить вам, каким образом подписывали рабочие «письма трудовых коллективов Вильнюса» — под одним из них «подпись» 19 крупнейших предприятий. Что, обходили каждого? Зачитывали на общих собраниях трудовых коллективов? Об этом ничего, честно говоря, неизвестно. Зато нам известно, что размножались обращения к М. Горбачеву с просьбой ввести президентское правление в республике на множительной технике ЦК КПЛ. И журналистам они раздавались в пресс-центре ЦК КПЛ.

На наш взгляд, ЦК КПЛ ие столько защищал интересы рабочего класса, сколько, повторим, говорил от его имени. Мы столкнулись с ситуацией, когда ЦК КПЛ перестал исполнять партию первой скрипки, но зажал в кулаке дирижерскую палочку. ЦК как бы не принимал участия в событиях, отводя от себя любые упреки, а дирижировал через посредников — «рабочих» и «Комитет национального спасения». Связи ЦК КПЛ с этим комитетом мы и попробуем сейчас показать.

Вначале — версия ЦК КПЛ.

«...11 января 1991 года Конгресс демократических сил направил в Верховный Совет республики «Ультиматум трудовых коллективов и демократических сил». В нем было высказано требование ответить согласием на обращение Президента СССР М. С. Горбачева и немедленно ввести на территории республики действие Конституции Литовской ССР и СССР.

После истечения срока ультиматума было объявлено об образовании Комитета национального спасения Литвы, который возложил на себя заботу о будущем Литовской ССР.

Затем комитет неоднократно заявлял, что «взял всю полноту власти в республике в свои руки». Ну хорошо, мало ли заявлений мы слышали. Но дальше-то происходит невероятное: кем-то избранный комитет (при живом правительстве!) заявляет о его смещении, обращается к армии, та вводит войска, и при всем при этом комитет сохраняет полную анонимность! Мы вот думаем: это что же, танки вышли на улицу по звонку неизвестных лиц? Или десантники подчинились приказу нигде не зарегистрированной организации? А если так, то нельзя ли, допустим, вместо такси заказать по телефону на дом пару самоходных орудий и два-три вертолета огневой поддержки?

В общем, всерьез относиться к этой славной версии невозможно. И посему Комитет национального спасения Литвы, как ни странно, ни в чем не виноват. Хотя бы потому, что его никогда ие было. Это миф. Придумка. Громоотвод. Такой же громоотвод, как и «рабочие» дружины.

По нашему мнению, «Комитет национального спасения» — псевдоним ЦК Компартии Литвы.

Судите сами. Уполномоченный по связям с комитетом Ю. Ермалавичюс буквально до последнего временя утверждал, что общается с КНС при помощи их анонимного курьера, но в лицо никого из комитетчиков не знает. Но ведь комитет «избирался на конгрессе», куда входит и компартия, значит, все-таки должны быть «в курсе»? (Ю. Ермалавичюс с представителем ЦК на конгрессе познакомить нас отказался).

И потом, в ЦК КПЛ столь серьезный пропускной режим, что одного из авторов выдворяли оттуда автоматчики под руководством майора милиции, а уж неизвестному курьеру законспирированного кабинета путь туда и подавно заказан.

Но это мелочи. А вот факты другого порядка. В официальном сообщении «Известий», видимо, по недосмотру ТАСС, членом КНС назван секретарь ЦК КПЛ генерал Науджюнас. Генерал от этого открестился, но на видеозаписях захвата телецентра мы увидели «гражданского человека с военной выправкой», беспрепятственно прошедшего из автомобиля мимо солдат к захваченному зданию. Знающие люди «опознали» в нем генерала-секретаря...

Напомним, что и все заявления «комитета» распространялись непосредственно членом бюро ЦК Ермалавичюсом. Ну связной так связной. Но ведь и голос неизвестного лица, сделавшего первое устное заявление «комитета» после захвата телецентра, принадлежал Юозасу Юозасовичу! Достаточно сравнить имеющиеся у нас аудиокассеты, и это становится ясным. Так что же это за «комитет» таинственный, за который не только распространять листовки надо, но еще и озвучивать их?

Теперь самое время вспомнить, что многие заявления «комитета» упоминали о репрессивных мерах в отношении военных, коммунистов, «анти-саюдистов», содержащихся в зловещем приказе Департамента охраны края 009А. Здесь и создание потайных тюрем, и ночные захваты членов компартии, и подкуп госавтоинспекции, и спецбригады для обезвреживания инакомыслящих. Приказ этот впервые был оглашен 22 ноября 1990 года двумя секретарями ЦК КПЛ по Центральному телевидению. Так вот: приказа такого (009А) никогда не было. Нам удалось с помощью правоохранительных органов выяснить механику его возникновения.

— Вечером работнику одного из райкомов партии, назовем его М., неизвестный лет 40 продиктовал из своего блокнота этот приказ, записанный им самим по памяти. После этого М. передал сврй текст в ЦК КПЛ. Оттуда его и огласили на всю страну. Ни оригинала викто не видел, ни человека, который его принес, никто не знает, а фамилию его М. спросить как-то забыл. В книге приказов Департамента охраны края такого приказа нет. Экспертиза правоохранительных органов оценила его как подделку. Несмотря на это, 009А стал одним из пропагандистских козырей Комитета национального спасения.

Ну и последнее: по нашей просьбе Ю. Ермалавичюс передал «комитету» записку корреспондентов «КП» с просьбой позвонить. Звонок был: «Нам пока говорить рано». Ю. Ермалавичюс 17 января сказал нам — через день-два комитет все-таки откроется народу. «Срывания всех и всяческих масок» не состоялось. И не состоится. И не могло состояться. Маска, мы тебя знаем?..

...Да, а что же армия? Вез армии и на этот раз, к сожалению, не обошлось. Повинуясь призыву Комитета национального спасения, армия вышла из казарм и двинулась на помощь заговорщикам. Но армия — чересчур общо. На улицах Вильнюса действовали десантники Псковской дивизии и местные внутренние войска. Официальная версия Министерства обороны: начальник гарнизона, командир Вильнюсской мотострелковой дивизии генерал-майор В. Усхопчик наводил порядок в гарнизоне. Но давайте договоримся о терминологии.

Открываем Устав. Раздел «Общие положения», Статья 1: «Воинские части, военноучебные заведения и учреждения, расположенные постоянно нли временно в населенном пункте или вне его, составляют гарнизон». Нужны ли комментарии к этим формулировкам? Армия — не милиция, и собственно территория города не может быть гарнизоном. В противном случае — это военная диктатура.

Хочется ие поддаваться эмоциям, быть сухими и деловитыми. Мы попробуем.

Итак, далее. Внутренние войска, которые действовали совместно с десантом, подчиняются не министру обороны и, следовательно, в нашем случае никак не генерал-майору В. Усхопчику. У них есть свой министр — Борис Карлович Пуго, который в свою очередь тоже «ничего не знал».

Что же касается десантников, то, прибыв для обеспечения призыва, они так н не смогли помочь торжеству Закона о всеобщей воинской обязанности. Слухи о прибытии псковичей наводнили город, и, как рассказывали нам офицеры военных комиссариатов, кое-кто из призывников действительно пришел на призывные пункты, но никаких «операций» десант не проводил. Предложили одному райвоенкому взвод в подмогу, он, просчитывая последствия этой акции, отказался. Собственно этим помощь ВДВ в осуществлении призыва и закончилась.

А вот башню и телецентр а перед этим Дом печати они действительно взяли под охрану.

Но это к слову. Что же касается генерал-майора Усхопчика, то и десант он поднять бы не смог. Воздушно-десантные войска подчиняются непосредственио своему командующему, начальнику Генерального штаба Вооруженных Сил СССР и министру обороны.

Нам говорили: Армия была доведена до опасного состояния, до предела терпения теми дискриминационными мерами, которые принял Верховный Совет Литвы. Президент СССР вам всем это говорил. И это правда. По существу в Литве был сорван призыв, в изобилии звучали и словесные выпады: оккупанты незаконно присутствуют на территории суверенного государства, отключим свет и воду. Все это, безусловно, накаляло температуру, но ведь и телецентр, и телебашню захватывали десантники из исконно русского Пскова. Вильнюсская-то дивизия оставалась в казармах. Да я цифры призыва, скажем, в Москве, сравнивая масштабы немногим выше литовских, что ж, теперь всю армию рассредоточить по призывным пунктам, чтобы те, кто увольяется, замену себе искали?

Пройдет неделя, и Президент СССР в резких выражениях скажет о недопустимости апелляции к Вооруженным Силам общественных организаций. А к армии апеллирует только одна общественная организация (причем всякий раз успешно) — это Коммунистическая партия Советского Союза.

Мы не знаем, кто отдал приказ войскам, мы знаем, что было дальше. Верные присяге солдаты и офицеры захватили то, что было сказано захватить. Никто из них ни в чем не виноват. Одному из нас доводилось сидеть за рычагами ПМП (планетарного механизма поворота), смотреть иа мир через щель триплекса. В него и днем-то неважно видно, ночью — практически ничего. Механик-водитель, пусть даже сверхопытный, не мог видеть, как толпа, отшатнувшись, бросила на чуть заснеженную землю Лоретту — двадцатитрехлетнюю девушку. Броня крепка, и, сидя за ней, не слышно, как трещат под гусеницей кости. Но тот, кто вывел танки, боевое машины десанта и бронетранспортеры на улицы, кто дал (пусть только офицерам) боевые патроны, тот виновен безусловно, какими бы причинами ни был приказ вызван. В отличие от Баку в Вильнюсе кровь пролилась только уже когда политический (не межнациональный, это мы подчеркнем еще не раз) конфликт пытались решить с помощью автоматов. Не было бы армии на улицах — не было бы и крови.

Теперь вопрос: зачем «партгруппа» при поддержке армии, используя недовольство повышением цен, все это сотворила? Ведь переворот должен быть либо завершен, либо пресечен, а в республике сохраняется ситуация двоевластия. Думаем, «Комитет национального спасения» брать власть (захватывать парламент и Совмин) и не собирался. Необходимо было толкнуть центр на установление президентского правления. Причем центр, видимо, этого хотел. Возможно, держа в уме и вариант России... Разумеется, руководители государства обо всем узнали, как всегда, «уже утром», так было и с Тбилиси, и с Баку. Так же, видимо, упрется в тупик и следствие, будучи не в силах ответить на вопрос — «кто отдал приказ». Есть такая печальная уверенность: ведь и следствие по взрыву Бакинского телецентра, где действовала спецгрупна КГБ, практически заморожено...

Но позвольте нам ие поверить на этот раз, что руководство страны просто «недобросовестно информируют». Нам известно, что в дни, предшествующие 13 января, в Вильнюсе находился заместитель министра обороны, бывший командующий ВДВ Ачалов. Нам известно, что спец-подразделение 7 управления КГБ, в состав которого входил погибший от случайной скорее всего пули Виктор Шатских, подчиняется непосредственно руководству КГБ. В самом деле, не могли же в этой организации не знать, с кем и зачем штурмуют телецентр их люди, которых бросили в бой, а затем поспешили отмежеваться.

Мы прекрасно внаем и то, что каждое передвижение десантных войск докладывается Министерству обороны, а уж выход на улицы столицы республики — тем более. Не говорим о том, что в каждом крупном подразделении есть свой «особист», в обязанности которого входит информирование о вложившейся ситуации. Так что говорить о непричастности центра не приходится.

А у центра был повод для этой акции — достаточно беспомощная политика литовского парламента, ухитрившегося без всякой государственной мудрости возмутить разом военных, членов компартии, рабочих, русскоязычных граждан своими непростительно однобокими решениями, кадровыми метаниями, «уводом» с политической арены Прунскене и Бразаускаса.

Литовский парламент, повторим, дал несомненный повод центру использовать политический дилетантизм молодой власти, и у литовского конфликта есть шанс перерасти из республиканского в союзный. Не случайно начался массированный критический удар по российским депутатам, по позиции Б. Ельцина в прибалтийском вопросе. Скомпрометировав балтийские власти, можно политически уничтожить и тех, кто их поддерживал. Думаем, в ближайшее время нас порадуют новыми фактами «экстремизма» Таллинна, Риги, Вильнюса. Скорее всего, оправдывая свое военное вмешательство, центр предоставит новые доказательства его необходимости — возможно, оружие, инструкции западных спецслужб и т. д. Именно поэтому, несмотря на заявления Президента о недопустимости апелляции к армии со стороны различных общественных организаций, охрана объектов в Литве продолжается.

И последнее. Мы не вступали в полемику ни с одним изданием, но пройти мимо упрека в наш адрес со стороны газеты ЦК КПСС «Гласность» — ие можем. Нас обвинили в том, что опубликованная 15 января фотография человеческих ног под гусеницами — фальшивка. Постановочный снимок с двумя актерами — танком и его жертвой. Журналист Полевой! Мы нашли девушку, чьи ноги оказались под гусеницами — Л. Тручилиаускайте. Мы посмотрели в 1-й советской больнице Вильнюса на эти ноги. Съездите и вы.

«Мы стояли прямо у телебашни, когда вокруг стали ездить танкетки. Мы подбежали с подругой, я упала и увидела над собой трубу, танка. Ну, пушку его, и прижало ноги. Я была в сознании, правая нога хрустела, а левую прижало сильно. Было очень больно, танк стоял и не двигался. Люди начали кричать танкисту, он дернул танк, и я не знала, куда он сейчас поедет. Танк съехал с меня, меня подхватили и унесли. У меня на правой переломы, а на левой сосуды повреждены, опухоль не спадает. Я не знаю, как буду ходить».

А жизнь — продолжается. Уже после Литвы нам меняли крупные купюры...

А. КРАЙНИЙ, Д. МУРАТОВ (Наши спец. корр.). Вильнюс.

«Комсомольская правда», 30.01.1991


Statistics: 18




Все публикации


ТорWar - секреты прохождения

ТорWar от RiverGame