Курьер вез бриллианты

История эта, рассказанная нам бывшим Генеральным секретарем Мексиканской компартии Арнольдо Мартинесом Вердуго, походила на начало увлекательного детектива на западный манер. Если бы не одна деталь: ее главным действующим лицом был близкий к Ленину человек — Михаил Бородин.


Курьер вез бриллианты

ТЕПЛЫМ осенним вечером 1919 года редкие встречающие на перроне Центрального вокзала Мехико не могли не обратить внимание на статного господина с европейской внешностью. В дорогом костюме, с солидной тростью, он явно нервничал, перекладывая ее из рук в руки. Часто посматривал на часы. Его товарищ, молодой и высокий, с густой шевелюрой смоляных волос в отличие от своего друга излучал полное спокойствие.

Рой Манабендра, по паспорту индиец, жил в мексиканской столице уже не первый год и хорошо знал, что в этой стране поезда обычно прибывают вовремя. Так случилось и на этот раз. Поезд из портового города Веракрус, что расположился в удобной бухте на Атлантическом побережье Мексики, медленно подкатил к перрону.

Оба господина не скрывали своей радости, когда из вагона навстречу им вышли два человека с загорелыми липами. Один из них держал солидный, но изрядно потрепанный чемодан, который быстро перекочевал в руки господина в дорогом костюме. Четверка нырнула в такси. Вскоре машина подкатила к одному из особняков в престижной колонии Рома, где всех пассажиров ждал роскошный ужин с шампанским.

Однако ужину не суждено было состояться. Не успев войти в дом, господин в дорогом костюме торопливо раскрыл чемодан и... все испортил.

Сверкая глазами, с дрожащими губами, он взорвался бранью. И было от чего: вместо ожидаемых бриллиантов чемоданчик, а точнее, его второе дно, был набит мусором: бумагами, салфетками.

«Где бриллианты? Где бриллианты?!» — шумел он, вытрясая души из своих гостей.

Гнев вскоре сменился жаждой действий. Оба прибывших господина, а ими были граждане США Рафаэль Маллен и Чарльз Филлиппс, были тут же обысканы. Потом приятелей по несчастью развели по комнатам для допроса.

В тот вечер шампанское так и не было открыто. Вместо пенных брызг на головы героев обрушились потоки угроз. Однако ни Маллен, ни Филлиппс никак не могли взять в толк, о каких бриллиантах шла речь. Больше всех досталось Маллену. Чем только ему не угрожали... Все было напрасно. Бледный американец с бескровными губами твердил лишь одно, что он ни каких бриллиантов и в глаза не видел.

История эта, рассказанная нам бывшим Генеральным секретарем Мексиканской компартии Арнольдо Мартинесом Вердуго, походила на начало увлекательного детектива на западный манер. Если бы не одна деталь: ее главным действующим лицом был близкий к Ленину человек — Михаил Бородин.

КАКИЕ ЖЕ цели привели в Мексику одного из известных большевиков, лично знавшего Ленина и тесно связанного с Коминтерном? Чтобы ответить на этот вопрос, вспомним, что в середине 1918 года американский президент Вудро Вильсон признал де-факто Советскую власть. В Вашингтоне быстро открыли наше торговое представительство. Однако в России вспыхнула гражданская война. Страна Советов оказалась в изоляции от всего мира. Были прерваны все связи и с нашей торговой миссией. Выход из этой ситуации напрашивался один: закрыть торгпредство, а его сотрудникам вернуться окольными путями в Москву. Однако слишком непросто досталось молодой Советской республике ее признание пока де-факто со стороны американских власетей, чтобы от него было так просто отказаться. В Москве решили пойти на крайний шаг: вывезти из столицы часть конфискованных у петербургской знати, включая и родственников царя, бриллиантовых украшений и продать их на американском либо европейском рынках. Вырученные таким образом деньги предполагалось израсходовать на поддержание жизнедеятельности советской торговой миссии до наступления лучших времен. Осуществить такую операцию в те времена можно было, естественно, только нелегальным путем. Вот почему ее выполнение было поручено опытному Михаилу Бородину.

Ему вручили кожаный чемодан, внушавший доверие к его владельцу. Бриллиантовые украшения вложили в двойное дно. На руках у Бородина было несколько фальшивых паспортов, а также билет до Голландии.

В АМСТЕРДАМЕ Бородину взялись помочь голландские коммунисты. Они обещали переправить посланца России через Атлантику на местном торговом судне до одной из карибских стран. Оттуда было легче въехать в Соединенные Штаты, избежав дотошного таможенного досмотра, которому американцы подвергали егропейцев.

В Нью-Йорк же Бородин пробирался не случайно. Там существовала хорошо разветвленная сеть торговцев драгоценными камнями. И Бородин должен был продать бриллианты, не привлекая к этому внимания. Надеялся на старые связи, прожив в США 11 лет. Кстати, там Бородин женился. Жена пока оставалась в Чикаго с двумя малыми детьми.

До Вены Михаил Бородин добрался без особых приключений. Там познакомился с молодым австрийским аристократом, бывшим офицером. Последний, разочарованный в жизни, опустошенный, хотел уехать из Европы, обреченной, по его словам, на разрушение. Бородин убедил по путчика попытаться поискать лучшей доли в Латинской Америке. Они ударили по рукам и вместе стали добираться до Нового Света.

Из Амстердама Бородин и его знакомый отплыли на небольшом грузовом суденышке. Корабль взял курс на остров Кюрасао, где он должен был загрузиться партией джина. Сонный, размеренный ритм плавания пассажиров был неожиданно нарушен в гаитянском порту. Случилось то, чего так опасался Бородин: на борт судна поднялись представители американской таможни.

Документы Бородина и его попутчика не внушили доверия таможенникам. Друзей решили временно ссадить с судна до окончательного выяснения личностей. Разборы с таможней не входили в планы революционера, так как его документы были фальшивыми. В дело могла влезть американская полиция. И тогда пиши пропало. Бородин был известен им как профессиональный революционер. Все это, мягко говоря, грозило неприятностями. Под угрозой были и бриллианты. Созрело решение бежать с Гаити. Бородин уговорил своего знакомого взять на себя заботу о чемодане, а когда обстановка вокруг разрядится, доставить веши либо переслать чемодан по почте в адрес его жены. В один из вечеров состоялся побег. Парусник довез Бородина до Ямайки, а оттуда он на рыбацкой шхуне прибыл в Нью-Йорк. Как и надеялся, побег отвел все подозрения от его знакомого. Бывшего офицера отпустили. И возникла довольно таки странная ситуация: он вместо того, чтобы спешить на встречу со своим другом, решил задержаться на Гаити... Чем это объяснить, пока остается загадкой.

А Бородин в это время в Нью-Йорке метался, словно раненый зверь: нашлись нужные связи и контакты. Дело оставалось за бриллиантами. По вечерам мрачные мысли лезли ему в голову: а что если бывший попутчик давно сбежал с драгоценностями в Рио-де-Жанейро, кутит в дорогих ресторанах, посмеивается над незадачливым большевиком? Между тем нью-йоркская полиция вышла на след Бородина. Опасаясь ареста, он бежал в Мексику.

ЮЖНАЯ соседка Соединенных Штатов только что пережила глубокую социальную революцию. Бородин хоть как-то мог здесь прийти в себя. К тому же у него было поручение: изучить ситуацию о возможном установлении дипломатических отношений с Мексикой.

Не зная испанского языка, не имея ни одного знакомого в этой стране, Бородин испытывал массу трудностей. Но духом не упал. Стал покупать единственную выходившую там на английском языке столичную газету. Издавал ее некий Гейл, о котором американские друзья Бородина отзывались как о подозрительном типе. В каждой газете Гейл громил некого Манабендру Роя. Чутье подсказало: с ним-то и надо познакомиться. А вот как сам Манабендра Рой описал эту первую встречу:

— Сеньор Брантуэйн (под такой фамилией Бородин зарегистрировался в гостинице) после горячего рукопожатия долго не отпускал мою руку. Он был лет на 12 старше меня. Плотного телосложения. Роста не выше моего.

Разница в возрасте не помешала их многолетней дружбе. За совместным ужином Михаил Бородин вкратце посвятил Роя в свои проблемы. Тот не замедлил протянуть не только руку помощи, во и свой кошелек. Ведь в Мексику Бородин прибыл почти без денег. И Рой помог, причем не только ему. По инициативе Манабендры на содержание советской торговой миссии были переведены 5 тысяч долларов США. Бескорыстие Роя укрепило доверие Бородина к индийцу. Опытный конспиратор решил привлечь его к поиску ценностей, застрявших, как предполагал Бородин, на Гаити.

— Кем же был Манабендра Рой — меценатом социальных революций, как Савва Морозов, или революционером? — задумчиво повторял мой вопрос Арнольдо Мартинес.

— Думаю, что революционером. Увлекшись идеями социального переустройства мира в духе заветов Махатмы Ганди, он позднее переходит па марксистские позиции. В Мексику его привела наша революция 1910—1917 годов, — продолжал Мартинес.

Мой собеседник протянул мне старую, однако совсем не потемневшую от времени фотографию участников III конгресса Коминтерна. На снимке рядом с Сэн Катаямой и Хо Ши Мином стоял черноглазый Рой. Симпатии индийца к русской революции, его политические взгляды были оценены Москвой. Он получил приглашение на III конгресс Коминтерна, в работе которого участвовал как делегат от мексиканской социалистической партии.

В МОСКВЕ Рою пришлось стать и защитником Бородина. Ведь те самые драгоценности, которые должны были сыграть своеобразную историческую роль, считались пропавшими. Зиновьев, в то время руководитель Коминтерна, требовал сурового наказания Бородину за пропажу бриллиантов. Свидетельство Роя пролило свет на «загадку».

Индиец рассказал, что он и Бородин действительно сделали все возможное и даже невозможное для спасения драгоценностей. Используя свои связи, Манабендра нашел человека, которому было поручено разыскать след австрийского офицера на Гаити. Через два месяца стало известно: австриец действительно живет на Гаити в одной из полуразвалившихся хижин на берегу моря...

И тогда на остров снаряжается очередная экспедиция. Ее задача: во что бы то ни стало вырвать чемодан с бриллиантами. Эта миссия была поручена американским социалистам Чарльзу Френсису Филлиппсу и Рафаэлю Маленну, друзьям Роя. На всякий случай Бородин передал американцам пистолет.

В те времена добраться до Гаити из Веракруса можно было только пароходом через Гавану. Гаитянская столица встретила посланцев Бородина тропическим ливнем. Наконец-таки Чарльз добрался до берега моря. Нашел нужную хижину. Дверь отворила миловидная женщина. Услышав имя сеньора Александреску, под такой фамилией Бородин плыл из Европы в США, она побледнела. Бывший офицер бросился к кровати, вытащил чемодан и с яростью бросил его в руки Чарльзу. Американец бегло оглядел чемодан. Вещи были на месте. За вторым дном, как и говорил Бородин, оказались какие-то бумаги... И ничего больше. А где же бриллианты?

И все же русским бриллиантам повезло. Бывший австрийский офицер, можно сказать, случайный участник этой истории, оказался человеком честным. - Не доверяя даже связным Бородина, он лично доставил драгоценности в Чикаго и передал их жене Бородина.

И, НАКОНЕЦ, последнее. У читателя может возникнуть вопрос: как же были использованы с таким трудом доставленные в США ценности? Скажем коротко: они были использованы по назначению. И пошли не только на содержание нашей торговой миссии. Молодой республике предстояло открыть еще не одно зарубежное представительство...

С. ЗАВОРОТНЫЙ. Мехико — Москва.

«Комсомольская правда», 06.04.1989


Statistics: 53




Все публикации


Война, которой могло не быть?

Сегодня исполняется полвека c начала войны между Финляндией и Советским Союзом, но до сих пор она остается у нас малоизученной. Долгое молчание советских историков предопределило и некоторую односторонность в ее освещении за рубежом.