Как топили адмирала

Сага в письмах, документах и свидетельствах очевидцев


Как топили адмирала

Из письма начальника Военно-морской академии, адмирала В. Поникаровского Генеральному прокурору СССР А. Сухареву: «Знаю тов. Мормуля Н. Г. по совместной службе с 1964 года. Мормуль за время службы на флоте в должности от инженер-механика первых-советских атомных подводных лодок до начальника Технического, управления флота... провел мероприятия, которые позволили на ремонте подводных лодок и кораблей сэкономить десятки миллионов рублей... В 1982 году... выдвинут на соискание Государственной премии в области науки и техники и заслуженно получил бы ее, если бы не вмешательство прокуратуры в лице А. Катусева...».

Кто такой Катусев

Из письма Н. Мормуля главному конструктору атомных подводных лодок И. Спасскому и генеральному конструктору С. Ковалеву: «Для добывания «доказательств» по указанию А. Катусева (тогда прокурора Северного флота. — Прим, ред.) производились массовые аресты, возбуждены, в затем прекращены по несостоятельности болев 120 уголовных дел против офицерского состава...

Ущерб, причиненный боеготовности и авторитету МВФ, — результат многолетних неправомерных действий следственных органов под руководством полковника юстиции Катусева».

Прокурору нужен был «краб»

На морском жаргоне «крабом» называют знак на адмиральском погоне. Вероятно, Катусев мечтал, что когда-нибудь знаменитый «краб» попадет в поле его зрения. Дальше — дело техники. Он возбудит громкое дело, и собственная карьера — Катусев очень хотел в Москву— будет решена. Лучших «крабов», чем на погонах контр-адмирала Мормуля, прокурор, по-видимому, не видел. Теперь нужно было «топить». А чтобы «топить», требовались доказательства...

Как прокурор добывал «доказательства»

Из заявления капитана 2 ранга А. Диденко: «В ходе предварительного следствия по делу 14—82 Катусев предлагал мне дать ложные показания против контр-адмирала Мормуля. За это он обещал прекратить против меня судебное преследования (так в тексте. — Прим, ред.) и восстановить в партии. После отказа я был взят под стражу и 14 месяцев провел в Бутырской тюрьме... Там мне снова предлагали в обмен за дачу ложных показаний против Мормуля освобождение из-под стражи... Надзирающий за законностью ведения следствия прокурор Ковалев заявил мне: «Нечего было так активно защищаться — не сидел бы в тюрьме. Посмотри на своих начальников и скажи, что все делал для Мормуля, мы решим вопрос об освобождении положительно». 28 августа 1984 года Ковалев предлагал мне сфальсифицированные против меня обвинения выдать как действия, совершенные по личному указанию контр-адмирала Мормуля...»

Перечень подобных заявлений можно продолжить. Однако не все, увы, выдержали натиск «зеленых мундиров», угрозы и шантаж... Компромат, сфабрикованный прокуратурой флота, стягивал петлю на шее невиновного человека, не подозревавшего, что он всего-навсего один из «крабов». Тех самых вожделенных для Катусева «крабов», которые помогли бы ему вскарабкаться на вершину военной Фемиды. И помогли — вот в чем парадокс? Катусев въехал в столицу на белом коне. Контр-адмирал Мормуль же въехал в московскую тюрьму на спецмашине, именуемой в народе «воронком».

Чего добился Катусев

Карьера Катусева даже по нынешним временам головокружительна: незаметный, ничем себя не проявивший работник прокуратуры, а затем прокурор флота, упрятав «краба» за решетку, кому-то показался действительно волевым и решительным. И стал вскоре Главным военным прокурором. Вот уж, воистину кто был ничем... С высоты этого поста ему уже легче было «управлять» дальнейшей судьбой потускневшего «краба». Но не сломленного судьбой — вот чего не учитывал начальник «щитов и мечей»!

Если я заболею...

Строка из известной песни. Мормуль тоже не стал обращаться к врачам, хотя нужда в этом была. Особенно в тот тяжелейший в жизни день, когда узнал о смерти матери. На похороны не пустили, даже под конвоем. Для Николая Григорьевича это был удар. Тем более он знал: мать умерла, когда узнала, что сын в тюрьме. Сын, которым она гордилась тихо и незаметно. Мать ие выдержала несправедливости.

Трудно описывать, что перенес сын. Скажу одно: недалек был от мысли наложить на себя руки. И в это время каким-то чудом попала в руки записка: «Держись, Николай!»

Это был глоток воздуха.

Из личного досье Н. Мормуля

Одна объемистая папка (около 300 страниц) отведена письмам тех, кто вступился за поруганную честь и достоинство человека. Имена этих людей говорят сами за себя: адмирал, Герой Советского Союза А. Михайловский, контр-адмирал, Герой Советского Союза Л. Жильцов, адмирал, Герой Советского Союза В, Коробов, генеральный конструктор, дважды Герой Соцтруда С. Ковалев, писатель, Герой Советского Союза В. Карпов, офицерский состав первого экипажа первой атомной подлодки, группа кораблестроителей и ученых судостроения, академики-атомщики...

Извините те, кого не упомянул, — физически невозможно. Адреса, по которым шли письма, ходатайства о помиловании, о немедленном освобождении из тюрьмы самые разные -от Президиума Верховного Совета СССР до Горбачева, от высших военачальников до Генерального прокурора, а смысл один: освободить, оправдать, восстановить в звании и правах... А пока эти письма изучались и подшивались в высоких инстанциях, Мормуль находился за решеткой. Но не просто ждал, когда откроются двери камеры, а работал. В тюрьме он написал несколько работ. Некоторые из них сегодня признаны как изобретения и внедрены Институтом атомной энергии им. Курчатова и флотом в систему ядерной безопасности страны.

«Арест Мормуля, — заключил в своем очередном письме в Прокуратуру СССР академик И. Спасский, — принес существенный вред Северному флоту...» Факт устранения начальника Технического управления флота от службы иначе как преступлением не назовешь. Тем более вина Мормуля, оказывается, состояла в том, что он, «используя служебное положение, разбазаривал спирт». Хотя следствию было хорошо известно, что как начальник Технического управления он не имел никакого отношении к отпуску, получению, хранению и расходованию шкиперского имущества, в том числе и спирта. По-моему, есть все основания вернуться к причинам возникновения «дела Мормуля», возбудив дело против юриста Катусева, бывшего Главного военного прокурора страны, который не имел морального права занимать этот пост...

Неоконченное послесловие

Из письма группы адмиралов в Прокуратуру СССР и Верховный суд СССР: «Несмотря на то, что Н. Мормуль условно-досрочно освобожден, он по-прежнему остается под прессингом дополнительных наказаний (не имеет права работать по специальности, занимать управленческие должности и до конца своих дней должен выплачивать исковую сумму). К тому, же Н. Мормуль полностью лишен трудового воинского стажа и не имеет права на пенсию. Просим внести протест и прекратить дело производством с полной реабилитацией».

Надеюсь, в этом беспрецедентном деле «эпохи перестройки» будет, наконец, поставлена точка.

Б. ПИЛИПЕНКО.

«Комсомольская правда», 18.10.1991


Statistics: 11




Все публикации


Хлопоты казенного дома

Как спецслужбы соцстрах опекали убийцу Троцкого.