Как же погиб Чкалов?

...на следующий после катастрофы день был сброшен с электрички и умер ведущий инженер по испытаниям И-180 Лазарев. Вскоре арестовали начальника главка наркомата авиапромышленности Беляйкина. Через пять лет его выпустили на свободу, но через день убили в собственной квартире...


Как же погиб Чкалов?

30 января по второй общесоюзной программе был показан документальный фильм «В нёбе и на земле. Десять лет из жизни Валерия Чкалова» (автор сценария и режиссер — Самарий Зеликин).

Последние кадры ленты. Знаменитый летчик В. Коккинаки рассказывает о трагическом полете Чкалова 15 декабря 1938 года, вспоминает, как встретились, они в воздухе — и Чкалов поднял большой палец: «Все нормально». Через несколько минут он разбился. Самолет И-180, впервые поднятый в небо, каких-то пятьсот метров недотянул до аэродрома: из-за переохлаждения отказал двигатель машины.

Эта версия гибели Чкалова известна давно. Она словно предполагает неизбежность катастрофы.

— Ни в коем случае, — утверждает сын Валерия Павловича Игорь Валерьевич Чкалов, полковник ВВС в отставке. — Только сейчас, через полвека после смерти отца, стало возможным назвать истинные причины той давней декабрьской трагедии.

Игорь Валерьевич предлагает послушать любопытную запись, сделанную в позапрошлом году. На пленке — голос друга Чкалова, не менее известного летчика Г. Байдукова, исследователя истории советской авиации, автора подробной книги о Чкалове из серии «Жизнь замечательных людей».

— В 1973 году я случайно обнаружил «Дело И-180», которое искал многие годы, — рассказывает Байдуков. — Материалы дела я включил в свою книгу. В издательстве с интересом прочитали новую главу, но потребовали завизировать ее в Минавиапроме. Начальник одного из главков воспротивился публикации. Пришлось убрать всю главу и заменить ее главой о конструкторе Поликарпове.

По мнению Байдукова, Поликарпов не мог не знать, что на И-180 не полностью смонтировали еще систему воздушного охлаждения мотора. В итоге — двигатель переохладился и заглох.

Недоумение вызывает приказ, данный Чкалову: «В пробном полете шасси не убирать». Не потому ли, что конструктор боялся за недоработанный механизм шасси, на отлаживание которого требовалось много времени? Более того, механизм этот специально «законтрили», да так, что испытатель даже в чрезвычайных обстоятельствах не смог воспользоваться этой весьма эффективной возможностью уменьшить лобовое сопротивление самолета. При отказе двигателя Чкалов убрал бы шасси — и самолет мог бы спланировать до аэродрома.

Из документов видно, что за день до катастрофы начальник летно-испытательной станции полковник Парай и его заместитель Соловьев направили директору авиазавода Усачеву докладную о дом, что программа земных испытаний самолета И-180 в большинстве пунктов не выполнена. Какое же право имел Усачев соглашаться с Поликарповым и планировать первый вылет на 15 декабря?

А вот в «Деле И-180» и такой документ. Записка Поликарпова главному инженеру авиазавода, из которой явствует, что крыло на самолете Чкалова было нелетное (предназначенное только для наземных испытаний) и на нем можно было совершать полет только с ограничением скоростей и перегрузок.

От Чкалова все эти документы скрыли. Г. Байдуков делает вывод: причина катастрофы — в нашей привычной штурмовщине, желании руководителей завода и конструкторского бюро побыстрее отчитаться перед партией и правительством. Ведь самолет И-180, что по своим потенциальным параметрам был лучше недавно появившихся в небе Испании модифицированных немецких «мессершмиттов-109», предполагалось довести к концу 1938 года. За его созданием следил Сталин, а до конца года оставалось всего две недели...

— Все это верно, — поясняет Игорь Валерьевич. — Но со временем я убеждаюсь, что катастрофа 15 декабря имела не только причины организационно-технического характера. Возможно, она была... специально подстроена.

Мой собеседник вспоминает май 1935 года, когда впервые познакомились очно Сталин и Чкалов. На первый взгляд, последующие отношения с «вождем народов», казалось бы, гарантировали летчика от любых неприятностей... Сталин не раз звонил домой Чкаловым, даже дал приказ не подниматься в небо без его разрешения. А в январе 1938-го вызвал к себе.

Беседа длилась весь вечер. Сталин предложил Чкалову перейти на партийно-хозяйственную работу, а более конкретно — занять пост наркома внутренних дел. Раньше его занимал Ежов, а впоследствии — Берия... Невероятно? Немыслимо? 34-летний летчик становится вдруг одним из столпов режима?

Сталин аргументировал выбор необходимостью «расчищать завалы ежовщины», честностью и справедливостью самого Валерия Павловича, пользовавшегося поистине всенародной любовью и признанием.

Чкалов не отказывался наотрез. Попросил только повременить с назначением, так как нужно кончить испытания новых самолетов — поликарповских воздушных истребителей танков и рождающегося И-180.

Сталин «принял к сведению» доводы летчика. А вскоре начался судебный процесс Бухарина-Рыкова...

Чкалов ходил на все заседания суда, продолжает рассказ сын. Человек исключительной честности и прямоты, он не сомневался в невиновности революционеров-ленинцев, о чем и сказал Вышинскому. Прокурор лишь усмехнулся, небрежно бросив: «Наивный вы, Валерий Павлович...»

Тогда он обратился к Сталину. Тот резко осек летчика — занимайся, мол, своим делом. Чкалов ушел, хлопнув дверью, а «вождь» вспомнил, возможно, его многочисленные ходатайства об освобождении без вины арестованных, осужденных, сосланных. Свои прошения Валерий Павлович писал будучи депутатом Верховного Совета СССР. Командир авиабригады Туржанский, журналист Бабушкин - десятки людей спас от гибели Валерий Чкалов. Трудно предположить, что эту деятельность летчика не замечали Берия и его сподручные, что Сталин мог хоть как-то одобрять ее...

Уже после гибели отца, — продолжает Игорь Валерьевич,— произошло несколько загадочных случаев, точного объяснения которым нет и доныне. К примеру, на следующий после катастрофы день был сброшен с электрички и умер ведущий инженер по испытаниям И-180 Лазарев. Вскоре арестовали начальника главка наркомата авиапромышленности Беляйкина. Через пять лет его выпустили на свободу, но через день убили в собственной квартире.

Наконец, история с патронами для охотничьего ружья, две коробки которых остались в московской квартире Чкаловых.

Весной 39-го их отдали родственнику жены Валерия Павловича — Л. Фролищеву. Неделю спустя он, напуганный, вернул патроны обратно.

Оказалось, на охоте оба первых заряда дали осечку. Фролищев в досаде опустил ружье стволами вниз — и вдруг выстрелы! Попробовал еще раз. Пауза между спуском курка и выстрелом составила те же три-четыре секунды. В обычных-условиях при осечке как раз в это время охотник, стремясь не упустить убегающего зверя, «обламывает» ружье, быстро перезаряжая его. Значит, сделай то же самое Фролищев — и заряды замедленного действия полетели бы прямо в лицо. А ведь они предназначались Чкалову! (Сразу после испытаний И-180 Валерий Павлович собирался на охоту в Костромскую область, а свежие боеприпасы ему принесли на квартиру — правда, неизвестно кто...) Жена Чкалова отдала патроны в НКВД. Там обещали сообщить о результатах расследования. Не сообщили...

Так кто же расследует эту и другие истории, связанные с гибелью великого летчика? Ведь нужны не версии и предположения, а точные сведения о том, как погиб Чкалов.

С. ТАРАНОВ.

«Известия», 4.05.1989


Statistics: 16




Все публикации


Долг Украине. Владимир Маяковский

Знаем ли мы украинскую ночь? Нет, мы не знаем украинской ночи.